Позднее в интервью Майк скажет: «Первой моей мыслью — той, которая пришла ко мне еще в Лос-Анджелесе, когда я обо всем узнал — было взять пистолет и пристрелить кого-нибудь. Я не знал, кого. Я хотел просто причинить кому-то вред. Но там, в этой больнице я подумал: „Да кто я такой? Все эти люди, которые находятся здесь, пережили или переживают смерть своих детей“. Всю следующую неделю я сидел на запрещенных препаратах, пытаясь осознать, что случилось… Но я до сих пор не могу».
Профессиональный боксер, одним своим видом пугавший оппонентов, несколько раз титулованный чемпион мира в тяжелом весе, до сих пор попросту плачет, говоря о малышке.