Одно из самых ярких событий в мире моды — главный Бал модной индустрии Met Gala 2018 – Бал института костюма.
Традиционно торжественный вечер устраивается в преддверии выставки в Метрополитен – Музее в Нью — Йорке. Тема этого года – связь моды и католицизма (Heavenly Bodies: Fashion & The Catholic Imagination). Хозяйкой вечера и по совместительству ведущей стала Анна Винтур. А соведущими были Амаль Клуни, Донателла Версаче и главная законодательница моды 2017 года Рианна.
Дресс-код бала всегда диктуется темой выставки, поэтому в этом году платья на красной ковровой дорожке сверкали камнями, радовали глаз бархатным блеском красного, лилового, золотого. Не зря режиссер фильма «Восемь подруг Оушена» использовал пространство музея как главную декорацию киноистории и засветил множество звезд — реальных гостей мероприятия. Их количество превышало плотность «три человека на квадратный метр».
Если еще оставались какие-либо вопросы о местонахождении Блейк Лайвли после ее недавнего исчезновения в Instagram (это был всего лишь трюк, чтобы привлечь внимание к предстоящему триллеру «A Simple Favor», в котором ее персонаж пропал без вести), то с ее появлением в Met in Atelier Versace все слухи успокоились. Лайвли решила обратиться к итальянскому дому за нарядом для своего девятого бала MET Gala. То, что Донателла Версаче и ее команда создали, было поистине произведением искусства. Для этого шедевра использовали идеи весны 2018 года Versace (в традиционном стиле Джанни Версаче) и первую обложку Vogue с Анной Винтур 1988 года. На Блейк Лайвли было божественное бальное платье, напоминающее папское облачение, с бриллиантовым красно-золотым бюстье и шлейфом, содержащее тысячи кристаллов Сваровски (весит 33 фунта!), платье получило современный аккорд из юбки шелкового бархата с эффектными прозрачными элементами из тюля.
«Я чувствую себя королевой, как в «Играх престолов», и это, вероятно, величайший комплимент, который я могу себе сделать», — таким было взволнованное признание Лайвли — ее лук дополнили запредельной высоты шпильки от Christian Louboutin, усыпанные кристаллами, монограммы Judith Leiber Hail Mary и великолепные драгоценности от Lorraine Schwartz: «Это почти потустороннее, но абсолютно не подавляющее».
Чедвик Боузман стал феноменальным открытием года, сыграв главные роли в двух блокбастерах, и чувствовал себя уютно и расслабленно в золотистом костюме Ориентального Мандарина от Versace на своем первом MET-Gala. «В каждой комнате всегда есть чему поучиться или кому поучиться», — сказал звезда Черной Пантеры. Со своим давнишним стилистом Эшли Уэстон он сочинил собственный стиль, заимствуя что-то из своих ролей. «Перед тем, как сыграть Джеймса Брауна в Get On Up, я никогда не играл с одеждой, как это делал он», — говорит он. И если чокнутый Браун формирует смелость Боузмана, его чудо-альтер-эго — это слияние афрофутуризма и царственной чувствительности, достойная монарха. Его сотрудничество с командой Версаче вдохновил дух этих ролей – в итоге мы увидели костюм с золотой вышивкой, как королевский наряд короля Т’Challa, струящийся широкий плащ, как в костюмах Брауна, и, конечно, вся белая палитра — чтобы создать тонкую атмосферу папства.
«Почему знойное следует уравновешивать?»- сказала с улыбкой звезда сериала «Куантико» Приянка Чопра на финальной примерке платьев для MET-Gala, где она была в элегантном наряде от Ральф Лорен, флагмана марки Мэдисон-Авеню. Чопра выбрала общеамериканский дом моды для своего второго MET-бала; в прошлом году ее видели в платье-тренче со шлейфом длиной в милю. В этом году алое бархатное платье воплотило идеи итальянских картин, католической церкви и собственной веры Чопры. «Я хотела воспеть оду религии, но чтобы это было что-то, что все еще модно», — сказала она. Ее драгоценности были сложным смешением кристаллов и золота, все сделано в Индии, и потребовалось больше 250 часов, чтобы украсить вышивкой ручной работы накидку — всё в оттенках малинового, цвета кардиналов.
«Накидка — это дань моей религии, — индуизм и католицизм», — сказала Чопра, которая со стилистом Кристиной Эрлих и командой Ральфа Лорена, вдохновлялась картинами с изображениями Девы Марии эпохи итальянского Возрождения, чтобы достичь желаемого эфирного эффекта. Когда накидка приоткрывается, в элегантном разрезе виднеется полоска тела. Чопра, выбрав для наряда все малиновое с ног до головы, аккуратно акцентировала свой ансамбль в стиле Ватикана убором из драгоценных камней. Усиливал эффект золотистый блеск, нанесенный на тело Чопры художником по макияжу Пати Дуброфф (Pati Dubroff), и Бок-Хи создал ангельский образ с Чопрой в центре, а вдохновила его не кто иная, как Дева Мария. «Это мягко и красиво», — сказала Чопра, — «и очень невинно».
Не слишком ли это? Именно эти эмоции у всех собравшихся вызвало появление Rolls-Royce Phantom 1930 года с открытым верхом с Кэти Перри. Когда она вошла в Зал средневековой скульптуры Художественного музея Метрополитен, одетая в платье Версаче из золотой сетки и высокие гладиаторские ботинки, ее образ завершали шестифутовые крылья ангела высотой в шесть футов.
Любуясь черно-белым Маккуином, Энн Хэтэуэй в пышной маковой тафте (Valentino Haute Couture) представила Дайан фон Фюрстенберг своего мужа, Адама Шульмана. «Знаете ли Вы, что именно Ваша жена вдохновила меня на создание этого платья?» — спросила Дайан.
На приглашениях был указан дресс-код Sunday Best, и многие гости были абсолютно достойны того, чтобы их назвали лучшими!
Головные уборы были крупными, иногда просто огромными. Папская тиара Рианны (John Galliano), головной убор с синими крыльями у Ланы Дель Рей (Alessandro Michele для Gucci), необыкновенный головной убор Джессики Паркер, бесконечные вуали, сияние, короны и шлейфы (заметим, что в 1952 году Папа Пий объявил, что длина шлейфа папского одеяния уменьшается с пятнадцати до десяти футов).
по материалам журнала VOGUE Special edition 2018
фото
