Год: 2024

Такое положение дел не устраивало многих танцоров, которые так же пропадали на тренировках и жертвовали здоровьем ради мечты, а вместо этого всегда оставались в тени других звезд. Но изменить ситуацию было под силу лишь избранным — и ими стали Людмила Пахомова и Александр Горшков.

Они встали в пару лишь за несколько лет до того, как поехали на Олимпиаду, а на своих первых соревнованиях выходили на лед в статусе самых бесперспективных спортсменов СССР. Тогда они думали только, как унять дрожь в коленках, а не о том, что впереди их ждут большие победы, большая любовь и большая трагедия.

Девочка-парашютистка

До Пахомовой и Горшкова в танцах на льду мало кто решался исполнять по-настоящему сложные элементы, но эти спортсмены стали в своем виде революционерами. Они не боялись риска, выбирали необычную музыку и всегда старались придумывать новые элементы, чтобы никого не копировать, а наоборот — вести всех за собой.

Когда у Людмилы спрашивали, не боится ли она висеть вниз головой в руках у партнера или вращаться с немыслимой скоростью, она вспоминала историю из прошлого.

Ее отец был летчиком-испытателем и мечтал, чтобы его дочка, когда вырастет, станет парашютисткой, поэтому смелость и авантюризм еще в детстве стали главными чертами ее характера. Но покорить небо у Пахомовой так и не получилось: когда ей было 4 года, мама отвела ее в секцию фигурного катания. И девочка сразу влюбилась в звук, с которым лезвие коньков скользит по льду, и в то чувство, когда понимаешь: ты лучше всех.

Люда ходила на тренировки в Дом Пионеров и быстро опередила всех остальных детей, что были в ее группе. Она рассказывала, как педагоги отчаянно пытались подобрать ей достойного партнера, но на деле — просто приводили одного бесталанного мальчика за другим.

От тотального отчаяния Пахомову спасала ее лучшая подруга: она каждый день бежала на тренировку, чтобы после можно было прогуляться и поговорить с Таней Тарасовой — дочкой легендарного хоккейного тренера.

Карьеру Людмилы Пахомовой спасла счастливая случайность: на одном из турниров ее заметил Виктор Рыжкин. Он тогда уже почти не катался и работал тренером в ЦСКА, но ради Люды вернулся на лед. Он был старше, выше и гораздо опытнее, но вместе спортсмены все равно трижды смогли стать чемпионами СССР.

Они ездили и на международные турниры, но никогда не поднимались выше седьмого места, а в середине 1960-х Пахомова снова осталась одна. Казалось, все вокруг даже не пытались скрыть радость, что эти два «чуда-юда» больше не будут кататься вместе. Соперники откровенно посмеивались над Пахомовой и Рыжкиным: его называли старым, а ее — «дурехой с нелепой прической».

Настоящую причину разногласий между спортсменами так никто и не узнал, но у всех были свои версии. Одни говорили, что Рыжкин из-за проблем со здоровьем предпочел быть тренером. Другие рассказывали: Пахомова мечтала поступить во ВГИК, а ее партнер заявил, что не будет работать с такой легкомысленной девицей.

Парень с грустными глазами

Никто не верил, что Людмила Пахомова сможет выбраться из этой ямы и стать чемпионкой, но за былые заслуги ей разрешили ходить на тренировки. Девушка перешла в группу к Елене Чайковской и однажды получила от нее заманчивое предложение.

Елена Анатольевна, видя, как Пахомова с интересом наблюдает за парнями, подошла к ней и сказала: «Выбирай любого», будто речь шла о новом платье. Люда пригляделась, минуту подумала и показала пальцем на «того, с грустными глазами». Им был Александр Горшков.

Чайковская подумала, что ученица над ней шутит, ведь среди ровесников Горшков всегда считался аутсайдером. Не то чтобы сильный, не то чтобы ловкий, он не мог похвастаться какими-то достижениями, зато обладал одним качеством, без которого еще ни одному спортсмену не удавалось вознестись на Олимп.

Он умел работать — много и самоотверженно. Даже когда одолевает лень, мучают травмы, а ноги до крови стерты неудобными коньками. Именно за это Людмила и полюбила Александра и решила, что обязательно приведет его к победам. Но не просто как муза, а как еще один тренер — жесткий и требовательный.

Впрочем, Горшкову «пинки» были не нужны. Он прекрасно видел, что Люда гораздо талантливее него, поэтому старался соответствовать. Когда заканчивались тренировки, фигуристы еще на несколько часов задерживались на льду, придумывали интересные программы и просили портних, чтобы те шили для них самые красивые костюмы. Благодаря этому они быстро стали известны на весь Советский Союз.

Сначала соперники относились к ним скептически и называли неудачниками, а уже спустя несколько лет выучили главный урок в жизни: если Пахомова и Горшков катаются без ошибок, они забирают золото. И никаких других вариантов быть не может.

Людмила и Александр приходили на тренировки на рассвете и уходили поздно вечером. Как-то спортсмен пошутил, что не может подвергать опасности такую прекрасную партнершу и вызвался каждый день провожать ее до дома. Отношения в паре становились все более трепетными и нежными, и все вокруг понимали: это не спорт, это любовь.

Именно тогда Горшков набрался смелости и сделал Людмиле предложение. А она заявила: «Сначала выиграем Чемпионат мира, и только потом пойдем в загс». Любой другой парень на месте Александра мог расстроиться и обидеться, но он знал, что должен исполнить главную мечту своей партнерши, и тогда сам станет самым счастливым человеком на планете.

Все золото мира

Дни Пахомовой и Горшкова снова потекли привычным чередом: они много тренировались, ездили на соревнования, выигрывали медали, и круг начинался по новой. В 1970 году им выпала честь представлять СССР на таком долгожданном для них Чемпионате мира в Любляне.

К тому моменту они стали настоящими профессионалами, в жизни которых нет места ни страху, ни сомнениям. План у фигуристов был только один: «Пришел, увидел, победил», и они с легкостью его исполнили, заставив зрителей на трибунах аплодировать и рыдать, захлебываясь эмоциями от восторга.

После триумфа, вести о котором разнеслись по всем странам, Пахомова и Горшков приехали в Москву и поженились в гостинице «Метрополь». Медовый месяц спортсмены решили отложить и уже через два дня пришли на тренировку. Все вокруг причитали, что они зря тратят молодость и в погоне за наградами упускают реальную жизнь. Но спортсмены точно знали, ради чего отказываются от свободы.

В следующие годы они пять раз подряд выиграли Чемпионат мира, а заодно — и Европы. А в 1976 году узнали, что поедут на Олимпиаду. До этого они не могли о таком даже мечтать, ведь раньше танцы на льду не считались олимпийским видом.

Ходили слухи, что чиновники решили пересмотреть правила именно из-за Пахомовой и Горшкова. Обычно в мире профессионального спорта редко находится место состраданию, но все понимали: не дать этим двоим шанса побороться за главную медаль в своей жизни — преступление.

На пути к Олимпиаде

В тот момент, когда Людмила Пахомова и Александр Горшков узнали, что судьба приготовила им величайший подарок, до Игр оставался год. План у спортсменов и тренеров был простой: много работать, выиграть еще один Чемпионат мира и в статусе фаворитов ехать в Инсбрук. Но тут неожиданно все чуть не пошло под откос. Фигуристы, которым до этого чудом удавалось избегать серьезных травм, узнали, что значит — черная полоса.

В 1975 году Горшкову стало плохо, и еще несколько дней врачи не могли поставить ему правильный диагноз. За это время у него разорвался сосуд в легком. Пришлось делать сложную операцию. Восстанавливаться нужно было в кратчайшие сроки.

Людмила сделала все, чтобы поставить мужа на ноги. Первые несколько недель, пока тот лежал дома, она окружила его вниманием и заботой, но как только Александр стал чувствовать себя лучше, намекнула: пора возвращаться на лед.

На Чемпионат мира 1975 года они все-таки не поехали, чтобы не подвергать здоровье Александра риску, зато на Олимпиаде поняли, ради чего всю жизнь провели на тренировках. В Инсбруке они стали первыми в истории олимпийскими чемпионами в танцах на льду. После этого Пахомова и Горшков выиграли еще один Чемпионат мира и завершили спортивную карьеру. Они могли соревноваться еще и еще, но поняли: хотят уйти непобежденными.

В последний раз Людмила и Александр вышли на лед на благотворительном турнире и станцевали танго «Кумпарсита», показав зрителям всю свою боль и всю свою страсть.

Трагедия после счастья

Расстраиваться из-за того, что в их жизни больше нет спорта, фигуристам было некогда. Они наконец-то могли насладиться семейной жизнью и спустя год стали родителями дочки Юли. Конечно, забыть спорт Пахомова и Горшков все равно не могли: Александр стал функционером, а Людмила — тренером. Казалось, теперь у них есть абсолютно все для счастья: медали, дочка, хорошая работа — но радость оказалась недолгой.

Уже через два года после завершения карьеры в семье случилась трагедия: врачи поставили фигуристке диагноз — рак лимфатической системы, и она восприняла эти новости на удивление… хладнокровно. Горшков не находил себе места, обзванивал знакомых и пытался найти жене лучших врачей в СССР и за границей, а она в это время просто продолжала спокойно ходить на работу.

Ей предлагали курс химиотерапии — она отказывалась. Приносили лекарства — выкидывала их в урну. Людмила не слушала аргументы ни от родных, ни от друзей и просто повторяла, что хочет прожить столько, сколько ей отведено судьбой.

В 1986 году в возрасте 39 лет Людмила Пахомова умерла — и самая красивая пара фигуристов СССР распалась. Спустя много лет Александр Горшков женился еще раз, но на лед больше так и не вышел.

Та «Кумпарсита», которую он станцевал вместе с любимой Людой, стала последней для них обоих. В честь своей первой супруги он основал благотворительный фонд и школу фигурного катания.

С 2010 года Александр Горшков занимал пост президента российской Федерации фигурного катания, а 13 ноября 2022 года лично посетил этап Гран-При в Москве: посмотрел соревнования и вручил призы победителям.

Горшков не жаловался на здоровье, поддерживал Камилу Валиеву, попавшую в допинг-скандал, а 17 ноября СМИ неожиданно сообщили, что его не стало. Александру Горшкову было 76 лет.

Некоторым счастливчикам квартиры достались по наследству от родственников, которые жили в СССР. В те годы, согласно советской официальной статистике, жилая недвижимость строилась со скоростью 0.4 кв.м. на гражданина в год. Только вот стать обладателем заветного жилища было не так просто.

Рынка жилья как такового в СССР не существовало, но начиная с 1950-х годов стали появляться жилищно-строительные кооперативы, в которые можно было вступить и затем выкупить квартиру, но не в привычную нам сегодня ипотеку, а с помощью рассрочки. Так, стоимость жилья в разных уголках страны отличалось. Например, в 1970-1980-х однокомнатная квартира стоила в среднем от 5,5 до 6 тыс. рублей, а трехкомнатная — около 10 тыс. рублей. При средней зарплате в 150-200 рублей позволить себе такую дорогостоящую покупку могли лишь 10% населения.

Житель Московской области Павел вспоминает, что его родители вступили в такой кооператив в середине 1980-х в Балашихе: «Тогда на вступительный взнос был достаточно высоким — 3-4 тысячи рублей, а ежемесячные взносы составляли около 50 рублей. На первое приходилось занимать у родственников. Потом родители получили »трешку» около 60-65 кв. м на 3 членов семьи».

Чаще всего граждане получали квартиры по очереди, но и здесь были свои нюансы. Так, для того, чтобы обзавестись квадратными метрами, было необходимо доказать, что на человека в семье приходилось менее 9 кв. м. Как правило, этим способом активно пользовались молодые семьи в которых рождались дети. В среднем по СССР этот процесс занимал около 6-7 лет.

Петр из Краснодарского края вспоминает: «Мои родители после института сразу получили комнату в общежитии как молодые специалисты, а когда родился я — однушку недалеко от работы. Когда родилась сестра — получили двухкомнатную. Итого молодые врачи уже через 5 лет после института жили в отличной двушке».

Но имели место и неприятные инциденты. Так, Ирина из Москвы рассказывает, что в конце 1970-х ее маме дали двухкомнатную квартиру от крупного предприятия ВПК, но перед этим исключили из очереди, поскольку «советские люди, видимо, исключительно по доброте душевной, написали на нее донос, где указали, что наша семья имеет полдома». Разбираться, на каких условиях они жили, никто не стал, а потому женщине пришлось восстанавливаться через прокуратуру.

«Она очень боялась что не успеет, а когда оказалось, что успела, от радости сильно заболела, — говорит Ирина. — Квартира была на пятом этаже без лифта, с кривыми стенами и дырявыми окнами, с газовой плитой б/у, с еле теплыми батареями зимой и горячей водой шесть месяцев в году. Отопление давали четко с 15 октября по 15 апреля и вообще никого не волновало был ли мороз до 15-го и после 15-го. Тогда это было наше советское счастье в сорок квадратов».

Был и другой вариант получения жилья. Для этого было необходимо устроиться на предприятие, которое строило дома для сотрудников. В этом случае сроки очереди значительно сокращались, порой всего до двух лет. А вот работникам бюджетной сферы приходилось вставать в очередь в местной администрации и ждать более десяти лет. Выбирать город, район или определенный дом, само собой, было нельзя.

Впрочем, неправильно будет сказать, что квартиры доставались гражданам бесплатно. Они не переходили в их собственность, а сдавались в социальный наем: подарить, продать или оставить их в наследство было нельзя. В остальном же ничего необычного. В жилье можно было регистрировать себя и других людей, а также обменивать его у другого гражданина с неофициальной доплатой. Если наниматель квартиры умирал, то его жилплощадь перерегистрировали на другого члена семьи, а в случае, если родственников у него не было, квартира возвращалась обратно государству.

Галина из Курска рассказывает, что она получила квартиру в 1979-м, через год после окончания института, отправившись по распределению в другой город, поскольку по закону молодые специалисты в течение трех лет получали квартиры. «Приехав в Джезказган (областной центр в Казахстане), мне дали место в общежитии и через год однокомнатную квартиру. Отработав положенные 3 года, я с помощью квартирного обмена вернулась в Курск».

Существовал и еще один вариант. В некоторых городах СССР строили молодежные жилые комплексы. Тогда молодые специалисты разных профессий на время оставляли свою работу и шли на стройку, но при этом рабочий стаж на основном месте оставался непрерывным.

Впервые это начало практиковаться в 1960-х, когда в подмосковный наукоград Королев стали съезжаться лучшие выпускники институтов. Они стремились развивать космическую науку, но остановиться им было негде. Тогда комсомол дал добро строить дома силами будущих жильцов. Средства на строительство сначала выделялись предприятиями, а затем и госпланом. К слову, тогда работа на стройке была достаточно престижным занятием, да и вообще каждого работягу ждал переезд в заветную квартиру.

Владислав из Москвской области рассказывает, что строительство домов к 1980-м годам «застопорилось» и все «очередники» повисли в воздухе. При этом была возможность получить участок земли и построить там дом, как и сделала сестра его жены:

Самое летнее меню в AVA

Несмотря на то, что шеф-повар AVA Виталий Истомин регулярно рассказывает в своих соцсетях о поиске площадок для реализации новых идей, свои любимые детища он тоже не забывает. И для Ava обновил несколько позиций, пожалуй, самого летнего меню. В первую очередь, да и во вторую тоже, шеф-повар ресторана на Патриарших советует пробовать в июле салат с арбузом и фетой. Его рецепт прост и сложен одновременно: арбуз, замоченный в клубничном соке, узбекские помидоры, страчателла и фета с карамелизованным орехом пекан. Блюдо подается под соусом из черной смородины.