Ты снимаешься в проекте, поднимающем тему секса. Насколько тебе комфортно работать с таким материалом?
Лиза Шакира: Я ничего плохого в этом не вижу, это большая часть нашей жизни. Если мы об этом говорим грамотно, без стереотипов, а искренне и честно, то это круто. Тем более, что эта тема до сих пор табуирована. Я надеюсь, что когда сериал выйдет, наши зрительницы и зрители точно так же начнут обсуждать секс и налаживать контакты друг с другом. Как говорит моя героиня: «О сексе разговаривать надо, особенно в отношениях».
Чем пикантнее в кино затрагивается тема, тем больше шансов нарваться на критику. Насколько ты вообще переживаешь за то, что о тебе говорят другие?
Лиза Шакира: Пока я снимаюсь в проекте, мне вообще все равно, кто и что о нем думает и говорит. Моя цель — хорошо сделать свою работу. А вот когда работа выходит, меня уже начинает интересовать мнение каких-то важных для меня людей — и близких, и из профессии. Я люблю получать обратную связь, если это, например, критика, которая позволит мне вырасти.
Раньше это воспринималось болезненно, потому что после «Нулевого пациента» были ситуации, когда мне нужна была поддержка, а я получала критику, я остро на это реагировала. Я даже с одной подругой перестала общаться, потому что была не готова к такому. Сейчас мне уже легче, и я говорю конкретно, что мне нужно, умею фильтровать и не читаю особо, кто что пишет. Ну, плюс-минус.
Часть профессии любого актера — светская жизнь. Насколько ты сейчас в нее погружена?
Лиза Шакира: Я в нее погружаюсь набегами, когда у меня есть энергия и желание увидеть приятных людей, коллег, пообщаться. Я могу ходить на мероприятия несколько недель подряд, регулярно, а потом выпасть на какое-то время. Сейчас я завершила один период активной светской жизни.
Вообще, мне так не нравится словосочетание светская жизнь, это что-то из нулевых, для меня в этом почему-то есть что-то негативное. Для меня это скорее социально активная жизнь, вот этот термин не вызывает у меня отторжение. Быть частью светской жизни мне не хочется, мне даже становится неприятно, когда я думаю, что я «вся такая светская». Может, я просто неправильно понимаю значение этого слова и мне нужно просто открыть словарь, изучить вопрос, выдохнуть и расслабиться.
Как ты готовишься к красным дорожкам? Твои образы всегда одни из самых эффектных.
Лиза Шакира: Для меня красные дорожки — это всегда стресс, потому что я никогда не знаю, чего мне хочется. Сейчас я стараюсь заранее готовиться к мероприятиям, потому что много где есть строгий дресс-код, но как бы я ни пыталась, у меня все равно все получается в последний момент и на стрессе. Слава богу, у меня есть мои пиар-агенты Катя и Саша, и мой стилист Рита, с которой мы работаем уже много лет. Она очень хорошо знает меня, даже лучше, чем я сама. Я доверяюсь девочкам, особенно в условиях дефицита времени, когда нет возможности заехать на примерку.
У меня вообще долго было отторжение к мероприятиям. Мне казалось, что разрыв между тем, как я выгляжу в реальной жизни, и между моими образами для премьер слишком велик. Теперь я пытаюсь найти золотую середину, чтобы не было ощущения внутренней неправды.
Сейчас у тебя период экспериментов с прическами. Это импульсивный порыв?
Лиза Шакира: Я бы сама никогда на такое не решилась, это было сделано ради роли — короткая стрижка и превращение в блондинку. А дальше со мной случился «ежик», это уже была случайность, ошибка мастера. Из-за неудачного окрашивания у меня стали ломаться волосы, и я поняла, что их просто надо срезать. Обратно в брюнетку я тоже перекрасилась под проект.
Мне очень интересно, я чувствую эту волну перемен и экспериментов, мне хочется продолжать. Интересно, что же мне профессия предложит сделать с собой дальше. Я с удовольствием это вызов, или наоборот, подарок, приму.
