Бывшая возлюбленная Олега Соколова, который в начале ноября убил и расчленил Анастасию Ещенко, нашла в себе силы поговорить о доценте СПбГУ и рассказать, как развивались их отношения и почему он пытал ее несколько часов подряд в своей квартире.
После того, как в начале ноября стало известно о зверском убийстве аспирантки Анастасии Ещенко доцентом Олегом Соколовым, потихоньку начали всплывать факты из его биографии.
Так, все неожиданно вспомнили, что еще 10 лет назад имя Соколова уже оказывалось на первых полосах газет — тогда историк чуть не убил свою студентку по имени Екатерина.
Газета «Московский комсомолец» тогда даже публиковала отрывки из ее заявления в полицию: «Соколов вышел в соседнюю комнату, пока я оставалась привязанной к стулу в прихожей. Из комнаты он вернулся с утюгом. Когда утюг нагрелся, он поднес его к моему лицу и стал угрожать, что изуродует меня на всю жизнь. После чего начал методично избивать. На все мои мольбы остановиться и одуматься он только еще сильнее бил меня и угрожал, что убьет, а труп закопает на ближайшей стройке, где меня вряд ли найдут. В течение часа Соколов избивал меня и поднимал за волосы и за уши вместе со стулом».
Тело Анастасии, буквально собранное по частям, обрело покой — девушку похоронили неделю назад. Однако интерес к этому жуткому делу по-прежнему не стихает. С изданием «Фонтанка» решила поговорить та самая Екатерина.
Девушка рассказала, что познакомилась с Соколовым в 2004 году. Ей было 18, ему 48. Студентка филфака пришла к историку по объявлению — он искал ассистентку. Уже во время собеседования Екатерина почувствовала себя некомфортно — Олег будто раздевал ее глазами. Тогда девушка почти спаслась — она не захотела работать за мизерную зарплату. Однако судьба свела ее с историком через год, когда он пришел читать на ее факультет курс лекций.
Судьба и на этот раз дала девушке второй шанс: когда Соколов каким-то образом достал телефон Екатерины, позвонил и предложил принять участие в реконструкции, она не впечатлилась этой идеей и отказала.
Однако еще через пару лет Екатерина вновь столкнулась с Соколовым, и тогда он пригласил ее на ужин. Барышня не растерялась и сказала, что она с подругами будет очень рада провести с ним время. В конце вечера настойчивый историк все же проводил Екатерину до дома и намекнул на свои чувства, а потом и вовсе стал названивать ей.
В один прекрасный день Соколов пригласил Екатерину на свой день рождения в Москву: «На празднике я была единственной женщиной и оказалась в дурацкой ситуации, потому что все сразу же подумали, что я с ним, хотя у нас не было никаких отношений. Он посадил меня рядом с собой и объявил: »Прекрасная Катрин приехала к нам специально из Петербурга, на мой день рождения». Как-то сразу, невольно, я оказалась представлена так, как будто мы с ним встречаемся».
Вскоре после этого отношения между «Наполеоном» и его «Катрин» все же завязались. Соколов заявил Екатерине, что он вдовец, и только позже девушка узнала, что это неправда — в Питере его ждет жена с новорожденным ребенком.
Екатерина решила не рассказывать, что все знает, и улетела во Францию, а когда вернулась, купила подарки старшей дочке Соколова (она так уже делала) и младшей.
«Когда он развернул пакет, у него случилась истерика. Начал рассказывать, что хотел признаться, что все это ужасно и что жена от него ушла сама. Пообещал, что решит свои семейные трудности», — говорит Екатерина, признавшись, что тогда не смогла уйти от историка, потому что влюбилась.
Доцент пытался подстроить возлюбленную под себя. «Он наряжал меня как куклу и показывал людям. Он любил один тип духов, ими пользовалась его жена и все любовницы. Меня тоже заставил ими пользоваться», — рассказала его бывшая жертва.
При этом доцент полностью подчинил Екатерину своей воле. «Он абсолютно подорвал мое психоэмоциональное здоровье. Это было безумие. Он давит и делает это очень умно. К концу наших отношений я оказалась без друзей, без общения с родными, я была практически изолирована. И не то чтобы он настаивал на этом, но он так это поворачивал, что тебе не нужно было общение с кем-то еще. Был он, единственный и любимый, все. Это получалось само собой, он занимал собой все время», — откровенничает Катя.
Время шло, а Соколов не разводился. Екатерина решила, что на этот раз пора поставить точку в этих отношениях, и заявила мужчине, что уходит. А 29 ноября случилось то, что случилось. Девушка собиралась заехать в московскую квартиру историка, чтобы забрать свои вещи — тем более, что она сам ей позвонил, пригласил на ужин, чтобы «расстаться спокойно». И уже дома Соколов превратился в маньяка.
«Он орал, что я монстр, чудовище, он был абсолютно уверен, что у меня есть любовник. Я думаю, что он хотел меня убить, но по каким-то причинам он этого сделать не смог».
Удивительно, но после этого Соколов пытался вернуть Екатерину, даже забирал ее на ужин вместе с мамой! «Она была в шоке, он рыдал, опять говорил, что я чудовище. Он хотел, чтобы я вернулась. Мама в итоге даже спросила у меня, зачем я довела человека до такого состояния», — делится Екатерина.
В итоге они были вместе еще целый год. Естественно, никаких нормальных отношений из этого не вышло. Более того, Екатерина таким образом мстила своему обидчику: «Каждый раз, когда мы встречались, был скандал, и инициатором была я. Чувство к нему превратилось в ненависть, это были больные отношения, но я не могла его отпустить. Это было дико, страшно и, наверное, закончилось бы убийством».
Убийством закончилась история Анастасии. Екатерина говорит: они и правда были похожи как две капли воды — Соколов явно выбирал один и тот же типаж девушек (причем Екатерине он однажды даже заявил, что она для него старовата, а вот «девственница лет 18-19» — самое то). Ещенко, по словам девушки, была обречена: она зашла в отношениях с Соколовым слишком далеко — он бы ни при каком раскладе не отпустил бы возлюбленную. «Я уверена, что он был психически совершенно здоров. Стукнул ее об пол головой, она выбежала на улицу и позвонила брату. Наверняка потом она металась, думая, куда ей деться, не имея знакомых, друзей и денег пойти хотя бы в гостиницу. Через полчаса он ей перезвонил, сказал, что вел себя как дурак, что он поможет ей собрать вещи и переехать в общагу», — делает предположения Екатерина.
Хотим отметить еще один очень важный момент. Екатерина утверждает (и нет причин с ней не соглашаться), что слезы Олега Соколова — дело обычное и вообще не стоящее внимания: «Он истерит по каждому поводу. Когда я увидела его слезы в суде, меня просто перевернуло, я это наблюдала сотни раз в своей жизни».
