История СССР знает всего три случая, когда женщин приговаривали к высшей мере наказания — смертной казни. Первой стала Антонина Макарова по прозвищу Тонька-пулеметчица. Во времена Великой Отечественной войны она сотрудничала с немцами и расстреляла около 1 500 партизан. Второй была Тамара Иванютина — ее признали виновной в умышленном отравлении 40 человек, причем 13 — со смертельным исходом. Третья — Берта Бородкина — не была убийцей или рецидивисткой. Напротив, она имела связи в правительстве СССР и считалась королевой Геленджика. В этом материале мы расскажем, что же привело к тому, что ее расстреляли в 1983 году.
Берта Наумовна Бородкина (урожденная Король) появилась на свет в 1927 году в украинской Белой Церкви. Ходили слухи, что во время Великой Отечественной войны она, еще подросток, стала любовницей румынского партизана и работала на немцев, однако подтверждения этому никто так и не нашел.
Вплоть до своей смерти она будет представляться Беллой, а фамилию сменит неоднократно — у статной женщины с горящими глазами было четверо официальных мужей.
В 1951 году Берта переехала из Одессы в Геленджик и очень скоро вышла замуж за отставного генерала Бородкина. Семейное счастье было недолгим: новоиспеченный супруг скончался и оставил в наследство жене неплохое поместье. Берта-Белла, которая уже работала официанткой в местном ресторане (образование, даже среднее, она так и не получила из-за войны), мужа оплакивала недолго. Женщина со сложным характером штурмовала одну карьерную высоту за другой и в 1974-м стала начальником треста ресторанов и столовых Геленджика.
Все важные чиновники отправлялись отобедать именно к Берте, а уж она умела обслужить важных гостей по высшему разряду. Законный вопрос: откуда в советском Геленджике вообще могло быть обслуживание «на уровне», ведь во всей стране был дефицит? Ответ прост: Берта нещадно обвешивала других клиентов — обычных посетителей ее заведений (их она назвала «крысами»).
Она знала, как сделать так, чтобы клиент не заметил недолив и недовес, предлагала посетителям котлеты, в которых почти не было мяса, разбавляла коньяк чаем и дешевой водкой, а сметану и молоко — водой. Иногда Бородкина, правда, чихвостила своих подчиненных и говорила им, что и о людях тоже нужно заботиться. Мол, сметану разбавлять необходимо только кипяченой водой — чтобы не было инфекций.
Все сэкономленные на таком обмане деньги Берта требовала отдавать ей. Часть она оставляла себе, а на оставшиеся устраивала высшим чинам приемы, молва о которых переходила из уст в уста. Подчиненные прозвали Берту Железной Беллой, поскольку за непослушание она угрожала перевести их работать в «партийную» столовую, где обвесить (следовательно, и заработать) было просто невозможно.
Бородкина не скупилась на угощение для вышестоящего начальства, а также баловала их другими развлечениями — например, устраивала им гонки на катерах, приятный вечер в бане с девушками не самого тяжелого поведения и просто давала взятки. Берта была уверена: это делает ее совершенно неуязвимой для правосудия. Тем более что в ее заведения никогда не приходили с внеплановыми проверками. Однако она ошибалась.
«Погорела» Бородкина вовсе не на махинациях, а на порнографии. В 1982 году анонимный борец за нравственность заявил в прокуратуру, что в одном из кафе Бородкиной проходят «киновечера». Естественно, не для всех и за большие деньги. Сотрудников порно-салона поймали с поличным, а те рассказали, что фильмы для взрослых включаются с личного разрешения Железной Беллы, а та получает от этого неплохой доход.
Тогда в дом к Берте нагрянули с обыском. Бородкина, свято уверенная в своей неприкосновенности, только рассмеялась в лицо оперативникам и захлопнула дверь у них перед носом.
Следователи в дом к главной кормилице партийной верхушки все же проникли — им пришлось взломать для этого дверь — и провели обыск. То, что увидели оперативники, заставило присвистнуть от удивления даже бывалых. Деньги были везде: в кирпичах во дворе, в стеклянных трехлитровых банках, в решетках обогревателей и под коврами. Как приятный бонус — драгоценности, дефицитное постельное белье, хрусталь и меха. Общая сумма «накоплений» — 130 тысяч рублей (и это при средней зарплате в тысячу раз меньше!). И даже тогда Берта с улыбкой на губах говорила милиционерам: «У вас будут неприятности». А когда в ходе следствия было установлено, что Берта похитила у государства более миллиона рублей, ей стало уже не до шуток.
«Неоднократно получала взятки от большой группы подчиненных по работе. Из полученных взяток Бородкина сама передавала взятки ответственным работникам за оказанное содействие в работе и иные услуги, создающие в тресте обстановку совершения преступлений. Так, за период последних двух лет было передано секретарю горкома партии Погодину ценностями, деньгами и продуктами на 15 тыс. рублей», — гласит выдержка из уголовного дела Бородкиной.
Вышеупомянутый Николай Погодин опровергать обвинения не стал. Вскоре после того, как Берту заключили под стражу, он просто испарился. Ни свидетелей, ни следов, ни отметок о выезде за границу, ни трупа — человек пропал.
В то время в СССР бушевало так называемое «Медуновское дело» — одно из первых громких коррупционных расследований, прогремевших на весь союз, инициированное лично главой КГБ Юрием Андроповым. Ему предшествовало коррупционное «Рыбное дело», в рамках которого следователи вышли на директора магазина «Океан» в Сочи Арсена Пруидзе. Тот, испугавшись сурового наказания, начал сотрудничать со следствием и выдал, что делился доходами с главой Сочи Вячеславом Воронковым. А тот был приближенным к 1-му секретарю Краснодарского крайкома КПСС Сергею Медунову.
В общем-то, именно Медунов и Погодин сделали Берте головокружительную карьеру — они постоянно заглядывали в столовую, где она работала директором, впечатлились уровнем обслуживания и продвинули Бородкину по карьерной лестнице. Сергей Федорович неспроста назначил Железную Беллу начальником треста ресторанов и столовых Геленджика — ему нужен был человек, который всю партийную номенклатуру накормит, напоит и спать с красивыми женщинами уложит. Тогда и дела государственные пойдут быстрее и эффективнее. А о методах работы Берты он предпочитал не интересоваться.
Самого Сергея Медунова к ответственности в итоге не привлекли, хотя и сняли его с поста. Зато по его делу были уволены и исключены из КПСС более 5 000 чиновников, а 1 500 из них получили реальные сроки.
Когда Бородкину везли в следственный изолятор, она была уверена — ее сию же секунду освободят. Однако влиятельные приятели не спешили спасать королеву Геленджика из лап правосудия. Женщина начала жаловаться на пытки — говорила, что ее избивали каждый вечер, а также заставляли принимать психотропные препараты, под действием которых она начала давать показания. Ее уголовное дело насчитывает 20 томов, а по итогам чистосердечного признания возбудили еще 30 дел — по ним проходили более 70 чиновников.
Железная Белла поняла: помощи ждать неоткуда. Тогда она попыталась имитировать шизофрению и даже была достаточно убедительна, но обмануть медицинскую экспертизу все равно не смогла.
Бородкина не сразу, но осознала, что выйти сухой из воды у нее не получится. Однако каким будет наказание, она и представить не могла. Железную Беллу приговорили к высшей мере — смертной казни. В шоке была и сама Берта, и все, кто следил за этим скандальным делом. Такого поворота событий не ожидал никто — Железной Белле, как женщине, светило 15 лет (максимум 20) с конфискацией имущества.
Чтобы вы понимали, в СССР к расстрелу приговаривали особо опасных преступников: шпионов, диверсантов, бандитов и убийц, совершивших преступление умышленно и с отягчающими обстоятельствами.
Отметим, что в Сочи была такая же ситуация — ресторанами в курортном городе заправляла Валентина Мерзлая. И она пользовалась теми же методами, что и ее геленджикская «коллега». Правда, было одно существенное различие — у нее был влиятельный муж, секретарь сочинского горкома партии Александр Мерзлый. Парочка по тем же самым обвинениям получила всего лишь 15 лет (он через семь лет вышел по амнистии, а она отсидела весь срок).
Королева Геленджика была просто уничтожена. Она вернулась в свою камеру и стала ждать свершения приговора, а по ночам жутко выла. Смертницу пыталась спасти ее единственная дочь, она писала прошения во все возможные инстанции, однако никакого результата не было.
Смертный приговор привели в исполнение в августе 1983-го — Бородкиной было 56 лет. После этого дочь Железной Беллы получила отказ в самом последнем прошении — девушке даже не дали забрать тело матери. Берту Бородкину похоронили в безымянной могиле.
Вот так Берта-Белла стала главной жертвой и козлом отпущения в закулисных политических войнах. По словам кубанского историка Владимира Рунова, Железную Беллу подвело то, чем она всегда так гордилась, — связи в правительстве. Высшие чины не захотели помогать Берте избежать наказания — они предпочли, чтобы Бородкина больше никогда не могла говорить, ведь знала она действительно слишком много.
