Моя старшая сестра красивая, а я умная. Так мне говорила мама. «Зато учишься хорошо и хозяйственная. Муж будет тебя по-настоящему любить», — в детстве я слышала это не один и даже не два раза. Внешность у меня, и правда, самая обычная: серые глаза, русые волосы, я невысокая и полненькая. Так, серое пятно. Никогда не ловила на себе взглядов красавцев, да что уж, парни вообще никогда не смотрели на меня.
До поры до времени в моей жизни не происходило ничего особенного. По утрам я ездила на учебу в ненавистный мне институт. Ну какой из меня бухгалтер? Лет в двадцать я устала от всего, мне надоело быть хорошей, и я устроила своеобразный бунт — перешла на заочное отделение и съехала от родителей в квартиру, где раньше жила бабушка. Я стала работать в продуктовом магазине недалеко от дома.
«Мы были счастливы»
Стоило только выпорхнуть из родительского гнезда, как в моей жизни стали происходить интересные события: каждый вечер в магазин, где я работала, заходил мужчина мечты. В двадцать лет я даже ни разу не целовалась, поэтому очень удивилась, когда как-то вечером он пригласил меня на свидание.
Андрей был старше меня на пять лет. Работал в строительстве, занимался спортом, не пил и даже не курил. Вскоре мы стали жить вместе. Это была невероятная любовь! Я хотела все время быть с ним, мы почти не расставались и каждый вечер засыпали в обнимку. Андрей перечитал и пересмотрел все мои любимые книги и фильмы. Он хотел знать, чем я живу. Когда мы поженились, родственники очень радовались за меня: «Наконец нашла свое счастье!». Мама тогда сказала, что Андрей меня любит за чистую душу, а значит по-настоящему. В первый год совместной жизни у нас все было отлично. После работы супруг сразу бежал домой, постоянно повторял, что не может без меня.
Проблемы начались через два года. Муж стал раздражительным, постоянно ругался с кем-то по телефону, а порой даже уходил куда-то ночью. Однако его отношение ко мне вроде бы не поменялось, и я, поразмышляв, решила, что бить тревогу рано. В целом мы по-прежнему были счастливы.
Мы не предохранялись и практиковали прерванный половой акт. Андрей говорил, что, если у нас будет ребенок, это сделает его еще более счастливым. Когда мне исполнилось двадцать четыре года, я забеременела.
Сейчас я часто задаюсь вопросом, в какой момент произошел перелом и все пошло наперекосяк. Ответа не нахожу. Поверьте, мы были счастливы. Я не думала, что он может мне изменять.
Роковой день
В сентябре 2015 года я, беременная, пошла в женскую консультацию по месту жительства. На приеме улыбчивая врач попросила сдать анализы. Через сутки мне позвонили из клиники, разговаривали так резко и грубо, что я испугалась:
— Придите срочно!
— Зачем? — не поняла я.
— Срочно!
Отпросившись с работы, я прибежала в консультацию, думая, что с малышом что-то не так. Андрею написала смс, что меня срочно вызвали в женскую консультацию. Захожу в кабинет, дрожа, а врач кричит: «У вас ВИЧ! Подумайте об аборте!».
Моя новая жизнь началась именно в этот момент. Мир раскололся на «до» и «после». Меня как водой холодной облили. Я была уверена, что это ошибка! Отсаживаясь все дальше и дальше от меня, врач бормотал: «Есть специальные препараты для таких людей, как вы… Обратитесь в СПИД-Центр».
В тот момент я готова была полюбить этого человека всей душой, если он вдруг скажет, что диагноз неверный. Я даже ждала, пока он признает свою ошибку, а я облегченно вздохну и прощу его за недоразумение. Было ощущение, что это розыгрыш, реалити-шоу, вот-вот появится съемочная группа, закричит: «Сюрприз!» и вручит мне приз. «Доктор, кто мог меня заразить?» — лила слезы я. «Девушка, я не знаю, от кого вы это подхватили! Осторожнее надо! Поговорите со своими… партнерами, — поморщился доктор. — А сейчас покиньте, пожалуйста, кабинет, вы мешаете мне работать».
Теперь-то я понимаю, что он не знал, как правильно реагировать. «Партнерами? У меня один муж», — удивилась я. «Так с ним и поговорите!» — последовал ответ. Еле держась на ногах, я вышла из женской консультации.
Сказке конец
В тот же вечер я спросила Андрея, как такое могло произойти. Я готова была на все — продать душу дьяволу, подарить квартиру бездомному, ограбить банк, лишь бы не быть носителем страшного вируса. «Это какая-то шутка, и вы с врачом договорились?» спросила я. Какой же я была наивной!
Мне так хотелось, чтобы моя жизнь вернулась в привычное русло. Если бы можно было все вернуть, я не ходила бы в больницу, не беременела бы, лишь бы не знать… Я спросила Андрея, изменял ли он мне. Он все отрицал и даже родителям моим позвонил со словами: «Аня меня очень жестоко разыгрывает». Родители пришли «образумить» непутевую дочь. Они качали головами и цокали языками, а потом я молча показала им результат анализа. Маме после этого пришлось вызывать скорую. Муж все твердил: «Это шутка. Этого не может быть».
Возможно, изменяя, он думал: «Авось, пронесет». Мне кажется, он догадывался, что мог быть инфицирован, просто не хотел в это верить. Тот вечер для него был всего лишь попыткой отсрочить наступление новой жизни «со знаком плюс». В следующий раз мы встретились через два месяца во время развода и больше никогда не виделись. За все время он даже не поинтересовался судьбой нашего общего ребенка.
Жизнь продолжается
Я сдала повторные анализы. Они были положительные. После этого я несколько дней пролежала на диване, щелкала семечки и глядела в потолок. Родители были со мной, пытались поддержать, но становилось только хуже.
В интернете я прочитала про девушку, которую муж заразил, когда ей было тридцать три года. Она родила здорового ребенка. Другая была наркоманкой, и ей тоже удалось благополучно родить. Особенно меня растрогала история девушки, которую также заразил супруг. После этого она нашла в себе силы стать равным консультантом и помогать тем, кто только узнал про диагноз. Равные — значит тоже инфицированные ВИЧ.
На одном форуме я нашла эту девушку и спросила у нее, как мне жить дальше. «Ничего страшного с тобой не случилось. Жизнь не закончилась. При должном лечении и правильном образе жизни прожить с ВИЧ можно не меньше, чем без него», — ответила она. Девушка родила здоровую дочку и заверила меня, что если принимать необходимые препараты, все будет хорошо.
Она пригласила меня на собрание ВИЧ-положительных в СПИД-Центр. Я шла туда, ожидая увидеть наркоманов и алкоголиков. Как же я удивилась, когда попала в компанию добрых и ласковых людей. Некоторые из них работали равными консультантами. Им в любое время дня и ночи могли позвонить люди, которые только узнали о своем диагнозе. О себе на собрании они говорили с улыбкой, открыто: «Меня заразил муж. Оказывается, пару лет назад он наркоманил. Я очень любила его до того момента, как узнала о диагнозе», «В двадцать девять лет я случайно переспал с первой встречной. Говорят ведь, что нужно предохраняться, а я не сдержался», «Даже проституткам выдают презервативы, но некоторые клиенты за дополнительную плату просят переспать с ними без »резинки». Так я и заразился ВИЧ».
Были и счастливые истории: «Мы с мужем оба положительные. Встретились в СПИД-Центре и теперь не расстаемся. Планируем ребенка», «А я женюсь скоро, моя девушка »отрицательная». Пока ВИЧ не подхватил, был наркоманом. Теперь занимаюсь спортом, не пью, бросил курить. Можно сказать, что инфекция спасла мне жизнь».
Самый счастливый момент
«Как с тобой жить, когда у тебя ВИЧ?» — спросила моя тетя. Больше мы с ней не общались. После этого мы с мамой приняли решение никому о диагнозе не рассказывать. Мне нужно думать о сыне.
Стыдно признаться, но я вспомнила о своей беременности лишь через месяц после того рокового дня. Оставшееся до родов время я посвятила тому, что горстями глотала противовирусные препараты и бегала по врачам. Специалисты СПИД-Центра сказали: «Рожайте. Ребенок будет здоровым».
За время беременности я прошла через многое. Врач в женской консультации относилась ко мне с брезгливой жалостью, если можно так выразиться. Каждый раз помимо перчаток она надевала маску и очки. Выглядело это так, словно она делает это специально, потому что ей противно. В первом триместре я решила записаться к стоматологу, наивно решив, что я честная и статус свой скрывать не буду. Девушка в регистратуре отрезала: «У вас есть свои больницы, туда и обращайтесь». Что она имела в виду, я так и не поняла.
Потом я осознала, что имею право решать, сообщать врачу о своем статусе или нет.
При этом все врачи обязаны соблюдать санитарные нормы, чтобы инфекция от одного пациента не перешла к другому.
Я рассказала о диагнозе некоторым друзьям. Лучшая подруга после этого сначала стала переносить наши встречи, потом и вовсе перестала брать трубку. На мои сообщения в соцсетях она отвечала, что занята. Потом она прямо сказала: «Ты долгое время была моей подругой и должна меня понять. Я не могу рисковать здоровьем своих детей». Мама все время повторяла: «Не боишься рожать? Ребенок такой же будет». Отец просто молчал. От бывшего мужа вестей не было.
Группа взаимопомощи ВИЧ-положительных людей стала для меня настоящим спасением. Проблем с получением препаратов у меня не было, благо, лекарства предоставляются бесплатно. На работе (я все еще была продавцом) я никому не говорила о диагнозе. ВИЧ не передается воздушно-капельным путем.
Беременность проходила нормально. На первом скрининге мне сказали, что предположительно будет мальчик. Я заплакала от радости. Самый счастливый момент в моей жизни — это первый крик сына. Он родился совершенно здоровым. Мне делали кесарево сечение, но я не знаю, почему, — из-за ВИЧ или по каким-то другим показаниям. Правда, грудью я своего малыша не кормила, потому что вирусом можно заразиться через молоко.
Найти призвание
В СПИД-Центре мы часто встречаемся с ребятами, обсуждаем свое состояние и делимся новостями. Во время таких встреч я поняла, что хочу стать равным консультантом. Сейчас я работаю в известной благотворительной организации, которая специализируется на помощи тем, кто только узнал о диагнозе. Мне в любой момент может позвонить тот, кто только что узнал о своем статусе. Я рассказываю, как жить с вирусом, готова выслушать, поддержать и успокоить. Первое, что спрашивают: «Я скоро умру?» и «Смогу ли я теперь заниматься сексом?».
Помню, как-то мы предлагали людям из толпы сделать тест на ВИЧ. У одной девушки оказался положительный результат. Она была в трансе.
Человеку, которому диагностировали ВИЧ, нужно объяснить, что жизнь продолжается, это не так страшно, как все думают. Можно все пережить. Мысль «Я умру молодым» абсурдна. Самое сложное — психологически ужиться с диагнозом. Именно поэтому так важно общаться теми, кто тоже болен, потому что только они могут понять и сказать: «Ты будешь жить».
Я не распространяюсь о своем диагнозе. Я стала меньше общаться с родственниками и старыми друзьями, зато у меня появилось много новых. Болезнь, перевернувшая мою жизнь, в то же время помогла найти призвание и стать уверенной в себе. Я смело могу сказать, что я счастлива.
Есть ли у меня мужчина? Я верю, что встречу человека, который будет меня любить. Он обязательно примет меня и моего сына такими, какие мы есть.
