Не секрет, что даже в самых идеальных, на первый взгляд, парах бывают споры и конфликты по самым разным причинам. Однако почему одни супруги живут как на пороховой бочке, но не разводятся, а другие, несмотря на желание спасти отношения, не выдерживают накала страстей и расстаются? Ответ есть у Джона Готтмана. Woman.ru публикует отрывок из его книги «7 принципов счастливого брака, или Эмоциональный интеллект в любви», в котором автор раскрывает секрет того, какие факторы обрекают отношения на печальный конец.
В издательстве «Эксмо» вышла книга Джона Готтмана «7 принципов счастливого брака, или Эмоциональный интеллект в любви»
Джон Готтман — один из самых влиятельных и цитируемых психотерапевтов. Ученый создал так называемую «Лабораторию любви», где 14 лет вместе с коллегами следил за отношениями сотен супружеских пар. Этот необычный эксперимент позволил Джону понять, почему одни пары расстаются, а другие, постоянно ссорясь, продолжают жить вместе. Woman.ru представляет отрывок из книги Готтмана «7 принципов счастливого брака, или Эмоциональный интеллект в любви», в которой Джон подробно рассказывает о том, на что супругам стоит обратить внимание, чтобы предотвратить развод. Заинтригованы? Все ответы ниже.
Как я предсказываю развод
Дара и Оливер сидят лицом к лицу в «Лаборатории любви». Обоим около тридцати, они участвуют в моем исследовании, посвященном новобрачным. В этом всестороннем исследовании 130 пар согласились, чтобы их брак изучали не только «под микроскопом», но и перед камерой.
Дара и Оливер говорят, что жизнь у них беспокойная, но счастливая. Дара посещает занятия в медицинском училище, а Оливер работает программистом. Подобно многим парам, оба признают, что брак их неидеален. Однако они любят друг друга и заинтересованы, чтобы остаться вместе. Они просто светятся, когда говорят о будущей совместной жизни.
Я прошу их провести в лаборатории пятнадцать минут и за это время обсудить какую-то актуальную для них проблему. Камера включена, а датчики, прикрепленные к их телам, измеряют уровень стресса во время беседы.
Обсуждение получается достаточно напряженным. Дара считает, что муж не участвует в ведении домашнего хозяйства, а тот уверен, что она слишком сильно придирается к нему и это снижает его мотивацию помогать ей.
«Само по себе раздражение между мужем и женой не означает крах брака»
Послушав диалог, я с уверенностью сообщаю коллегам, что их браку грозит печальный финал. Действительно, через четыре года они признаются, что находятся на грани развода. Продолжая жить вместе, Дара и Оливер чувствуют себя одиноко.
Я предсказываю, что их семья будет испытывать трудности не потому, что они спорят — в конце концов, это я попросил их об этом. Само по себе раздражение между мужем и женой не означает крах брака. Другие пары в студии для новобрачных спорят в течение пятнадцати минут записи гораздо яростнее, чем Дара и Оливер. И все же я предсказываю, что многие из этих пар останутся в счастливом браке — и они остаются. Признак будущего разрыва отношений Дары и Оливера — в том, как они спорят.
Жесткое начало разговора
Самое очевидное указание, что этот спор (и этот брак) не будет гармоничным, — то, как он начинается. Дара мгновенно настраивается на недоброжелательный и обвинительный лад. Когда Оливер затрагивает тему работы по дому, она прибегает к сарказму. «Или ее отсутствие», — язвительно заявляет она. Оливер пытается смягчить ситуацию шуткой: «Помнишь книгу, о которой мы говорили, там написано: мужчины — свиньи». Дара на шутку не реагирует.
Они говорят еще немного, пытаясь придумать план, чтобы Оливер принимал участие в ведении хозяйства. Потом Дара резюмирует: «Я хотела, чтобы проблема была решена. Пыталась составлять списки дел, но все безрезультатно. А еще давала тебе возможность сделать это самому, но прошел месяц, а ты палец о палец не ударил».
Когда обсуждение начинается с критики и (или) сарказма — это и есть «жесткое начало».
Исследования показывают: если в споре доминирует жесткое начало, он неизбежно закончится на негативной ноте, даже если в ходе разговора предпринято множество попыток разрешить конфликт.
По статистике, в 96 процентах случаев можно предсказать итог разговора, основываясь на первых трех минутах общения! Жесткое начало просто обрекает на неудачу. Так что, если вы приступили к обсуждению подобным образом, лучше выпустить пар, сделать передышку и начать заново.
«Обнаружив, что вы и ваша половина критически настроены по отношению друг к другу, не спешите подавать на развод»
Четыре всадника апокалипсиса
Жесткое начало разговора Дары звучит предвестником того, что у них с Оливером могут быть серьезные трудности. По мере развития их спора я продолжаю выискивать другие признаки. Они столь губительны для отношений, что я называю их четырьмя всадниками апокалипсиса. Обычно эти четыре всадника врываются в сердце брака в следующем порядке: критика, презрение, защитная реакция и стена.
Критика
У вас всегда будет повод пожаловаться на человека, с которым вы живете. Однако между жалобой и критикой — огромная разница. Жалоба относится только к определенному действию, когда супруг допустил промах. Критика более глобальна — это негатив в адрес характера или личности супруга. «Я очень недовольна тем, что вечером ты не подмел пол на кухне. Мы договорились делать это по очереди» — это жалоба. «Почему ты такой забывчивый? Терпеть не могу подметать пол на кухне вместо тебя. Тебе просто все равно» — это критика.
Жалоба фокусируется на определенном поведении, критика же подливает масла в огонь через порицание и обобщение.
Вот верный путь: чтобы превратить любую жалобу в критику, просто прибавьте мое «любимое» выражение: «Ты никогда не…» (или «Ты всегда…»).
Обычно жесткое начало разговора приходит в виде критики. Вы можете увидеть, насколько быстро жалоба превращается в критику, когда Дара начинает говорить. Прослушайте еще раз.
Дара: Я хотела, чтобы проблема была решена. (Просто жалоба.) Пыталась составлять списки дел, но все безрезультатно. А еще давала тебе возможность сделать это самому, но прошел месяц, а ты палец о палец не ударил. (Критика. Она говорит, что проблема не решается из-за Оливера. Даже если это так, обвинения в его адрес только ухудшат ситуацию.)
Приведем несколько примеров, которые показывают разницу между жалобой и критикой.
- Жалоба. В машине нет бензина. Почему ты не заправила ее, хотя сказала, что заправишь?
- Критика. Почему ты никогда ничего не помнишь? Я тысячу раз говорил тебе заправить бак, а ты не заправила.
- Жалоба. Надо было раньше сказать, что ты слишком устала, чтобы заниматься любовью. Я разочарован, я сбит с толку.
- Критика. Почему ты всегда такая эгоистка? С твоей стороны просто отвратительно обманывать меня. Надо было раньше сказать, что ты слишком устала, чтобы заниматься любовью.
- Жалоба. Тебе следовало бы посоветоваться со мной, прежде чем приглашать кого-то на ужин. Я хотела провести сегодняшний вечер только с тобой.
- Критика. Почему друзья всегда в первую очередь, а я — во вторую? Я всегда на последнем месте. Сегодня у нас намечался ужин вдвоем.
Если в этой критике вы слышите отзвуки своего голоса или голоса супруга, вы далеко не одиноки. Первый всадник встречается в отношениях очень часто. Обнаружив, что вы и ваша половина критически настроены по отношению друг к другу, не спешите подавать на развод. Однако проблема в том, что критика прокладывает путь для других, гораздо более страшных всадников.
«Практически невозможно разрешить проблему, когда супруг понимает, что вы испытываете к нему отвращение»
Презрение
Дара критикует Оливера без умолку. Вскоре она начинает насмехаться.
Когда Оливер предлагает прикрепить список домашних дел к холодильнику, чтобы не забыть о них, она отвечает:
— Думаешь, ты справишься со списками?
Потом Оливер говорит, что ему нужно отдохнуть пятнадцать минут после прихода домой, прежде чем приниматься за домашние дела.
— Значит, если я оставлю тебя в покое на пятнадцать минут, у тебя появится причина вскочить и сделать что-то? — спрашивает она.
— Может быть. Мы ведь не пробовали, — отвечает Оливер.
Здесь у Дары есть возможность смягчить ситуацию, но вместо этого она возвращается к сарказму.
— По-моему, у тебя и так неплохо получается прийти домой, лечь или спрятаться в ванной, — замечает она. А потом добавляет с вызовом: — Значит, ты думаешь, решение в этом — ограничить твой отдых пятнадцатью минутами?
Эти сарказм и цинизм — проявление презрения. Ряд дополняют оскорбления, закатывание глаз, презрение, осмеяние и недобрый юмор.
Презрение в любой форме — худший из четырех всадников; оно отравляет отношения, поскольку транслирует отвращение.
Практически невозможно разрешить проблему, когда супруг понимает, что вы испытываете к нему отвращение.
«Агрессия, близкая родственница презрения, тоже опасна для отношений»
Питер, управляющий обувного магазина, был мастером неуважения, по крайней мере, в том, что касалось его супруги. Послушайте, что происходит, когда они с Синтией пытаются обсудить их взгляды на то, как тратить деньги.
Питер говорит:
— Просто посмотри на разницу в наших машинах и одежде. Думаю, она показывает, кто мы и что мы ценим. Ты дразнишь меня за то, что я мою машину, а ты едешь и платишь кому-то за мытье своей. Мы платим за твою машину втридорога, потому что ты ленишься помыть ее. По-моему, это возмутительно и говорит о твоей избалованности.
Это — хрестоматийный пример презрения. Он не просто указывает на то, что они по-разному тратят деньги. Питер обвиняет супругу в моральном пороке — избалованности.
Синтия отвечает, что ей физически трудно мыть машину самой. Но муж отвергает это объяснение и продолжает занимать позицию высокой морали.
— Я забочусь о моем пикапе, потому что, если ухаживать за ним, он прослужит дольше. Мне чужда точка зрения «Ах, просто поедем и купим новую машину», которой ты, кажется, придерживаешься.
Все еще надеясь привлечь Питера на свою сторону, Синтия говорит:
— Если бы ты помогал мне мыть машину, я была бы очень признательна.
Однако, вместо того чтобы ухватиться за возможность примирения, Питер хочет сражения.
— Сколько раз ты помогала мне мыть пикап? — отвечает он встречным вопросом.
Синтия снова пытается помириться:
— Я помогу тебе помыть твой пикап, если ты поможешь мне мыть мою машину.
Но цель Питера — не разрешить проблему, а отчитать супругу. Поэтому он отвечает:
— Я не об этом. Сколько раз ты помогала мне?
— Никогда не помогала, — отвечает Синтия.
— Видишь? — говорит он. — Думаю, ты не слишком ответственна. Знаешь, это выглядит так, будто если бы твой отец купил тебе дом, а ты ожидала бы, что он придет и еще покрасит его для тебя.
— Так ты будешь помогать мне мыть машину, если я буду помогать тебе мыть твою?
— Не уверен, что хочу, чтобы ты мне помогала, — со смехом замечает Питер.
— Что ж, а ты будешь помогать мне мыть мою машину? — интересуется Синтия.
— Я буду помогать, когда могу. Пожизненную гарантию я тебе не дам. Что будешь делать, подашь на меня в суд? — спрашивает Питер и снова смеется.
Прослушав этот спор, мы понимаем, что основная цель Питера — унизить жену. Его презрение приходит в одеянии высокой морали, например, когда он говорит: «Думаю, она показывает, кто мы и что мы ценим» или «Мне чужда точка зрения »Ах, просто поедем и купим новую машину»».
«Критика, Презрение и Защитная реакция не всегда приходят строго друг за другом»
Презрение подпитывается еле сдерживаемыми негативными мыслями о супруге. Наверняка у вас будут такие мысли, если противоречия не разрешены. Вне всякого сомнения, когда Питер и Синтия спорили по поводу денег впервые, он не вел себя столь неуважительно. Возможно, он высказал простую жалобу, наподобие: «Я считаю, тебе стоит мыть машину самой. Слишком дорого все время платить кому-то». Однако по мере накопления разногласий по этому вопросу его жалоба превратилась во всеобъемлющую критику: «Ты всегда тратишь слишком много денег». Питер испытывал все большее недовольство Синтией и ощущение, что сыт ею по горло, — эти чувства повлияли на его речь во время спора.
Агрессия, близкая родственница презрения, тоже опасна для отношений. Она содержит угрозу или раздражение. Когда жена жалуется, что муж опаздывает с работы к обеду, агрессивным ответом было бы: «Ну и что ты собираешься с этим делать?» Когда Питер говорит Синтии: «Что будешь делать, подашь на меня в суд?», он думает, что шутит, но на самом деле он проявляет агрессию.
Защитная реакция
Принимая во внимание то, как недоброжелательно ведет себя супруг, неудивительно, что Синтия защищается. Она говорит, что не отдает машину в мойку так часто, как он думает. Она объясняет, что ей физически гораздо труднее помыть машину, чем ему.
Хотя ясно, что Синтия будет обороняться, исследования показывают, что такой подход редко дает желаемый эффект. Нападающий супруг не отступает и не извиняется. Это происходит из-за того, что защитная реакция, по сути, является способом обвинения супруга. Обороняясь, вы говорите: «Дело не во мне, а в тебе».
Защитная реакция просто усугубляет конфликт, вот почему это столь опасно. Когда Синтия объясняет Питеру, что ей тяжело мыть машину, он не говорит: «А, теперь понятно». Он игнорирует ее слова — он даже не признает то, что она сказала. Он опирается на соображения высокой морали, рассказывая, насколько хорошо он обращается со своим автомобилем, и намекает, будто она вконец испорчена, поскольку поступает иначе. Синтия не может выиграть спор — не «выиграет» и брак.
Критика, Презрение и Защитная реакция не всегда приходят строго друг за другом. Они действуют скорее попеременно, если супруги не могут положить этому конец.
Показательный пример — спор Оливера и Дары по поводу уборки дома. Хотя они, кажется, ищут решение, Дара становится все неуважительнее — она высмеивает Оливера, задавая вопросы и отвергая каждый план, который он придумывает. Чем крепче он занимает оборону, тем яростнее она атакует. Язык ее тела сигналит о высокомерии. Она говорит спокойно, опершись локтями о стол, сплетенные пальцы подпирают подбородок. Словно профессор на экзамене или судья, она забрасывает его вопросами просто для того, чтобы увидеть, как он испытывает неловкость.
Дара: Значит, ты считаешь, что панацея в том, чтобы дать тебе пятнадцать минут (усмехается)?
Оливер: Нет, я не считаю, что это панацея. Я думаю, это поможет в сочетании со списками дел. Почему бы не помещать такой список на календарь? Тогда я сразу же замечу его.
Дара: Ну в ежедневнике ты почему-то списка в упор не видишь (высмеивает его; проявляет неуважение).
Оливер: У меня не всегда есть возможность смотреть в ежедневник в течение дня (защищается).
Дара: Значит, ты думаешь, что будешь смотреть на календарь?
Оливер: Да. Если я что-то не сделал, тебе надо бы спросить меня об этом. Сейчас ты не спрашиваешь, ты просто говоришь мне: «Ты не сделал это, и ты не сделал то». Скажи вместо этого: «Есть ли причина, по которой ты не сделал это или то?» Ну, например, когда в понедельник я допоздна не ложился и составлял твое резюме? Я часто делаю что-то для тебя, а ты просто не принимаешь это во внимание (защищается).
Дара: А я разве ничего не делаю для тебя (защищается)?
Оливер: Нет, делаешь… По-моему, тебе нужно немного расслабиться.
Дара: Хм. Похоже, мы многое решили (проявляет сарказм).
Очевидно, что Дара и Оливер не решили ничего благодаря доминированию критики, презрения и защитной реакции.
«Негативу, созданному первыми тремя всадниками, требуется время, чтобы между супругами возникло явное отдаление»
Стена
В браках, подобных браку Дары и Оливера, обсуждения стартуют с жесткого начала. Затем критика и презрение приводят к защитной реакции. А это, в свою очередь, — к еще большему презрению и большей обороне, пока в итоге один из супругов не выключается из общения. Это возвещает прибытие четвертого всадника.
Подумайте о муже, который возвращается домой с работы, оказывается под шквалом критики со стороны жены и прячется за газетой. Чем меньше он отвечает, тем больше она кричит. В конце концов, он встает и выходит из комнаты. Вместо того чтобы противостоять жене, он отступает. Он строит стену.
Хотя «строителями» могут быть и мужья, и жены, такое поведение распространено гораздо шире среди мужчин — в силу причин, которые мы рассмотрим позднее.
В типичном разговоре двух людей слушатель подает говорящему разнообразные намеки на то, что он полон внимания. Он может использовать зрительный контакт, кивать головой и говорить нечто, наподобие «ага» или «угу».
Однако «строитель» не дает вам такой ответной реакции. Он стремится отвернуться или опустить глаза, не издав ни звука. Он сидит, словно невозмутимая каменная стена. «Строитель» действует так, будто то, что вы говорите, его абсолютно не интересует.
Стена обычно появляется позднее других трех всадников. Вот почему этот всадник меньше распространен среди молодых мужей типа Оливера, чем среди пар со стажем. Негативу, созданному первыми тремя всадниками, требуется время, чтобы между супругами возникло явное отдаление.
Такую позицию занимает Мак, когда они с супругой Ритой спорят по поводу поведения друг друга на вечеринках. Она говорит: проблема в том, что он слишком много пьет. Он считает, что большая проблема — ее реакция: она ставит его в неудобное положение, когда кричит на него в присутствии друзей.
Рита: Погоди, так в конечном итоге я оказываюсь виноватой? Опять все из-за меня. Ты перебрал с выпивкой, но вечер испортила я?
Мак: Да, я выпил, но не так уж много. (Пауза.) Но твои приступы раздражения и ребячество ставят меня и моих друзей в неудобное положение.
Рита: Послушай, если бы ты контролировал то, сколько пьешь на вечеринках…
Мак отвернулся, избегает зрительного контакта, ничего не говорит — он возводит стену.
Рита: Потому мне кажется (смеется), в остальном у нас все замечательно, правда (смеется).
Мак продолжает возводить стену. Хранит молчание, не смотрит в глаза, не кивает, никаких изменений выражения, ни одного возгласа.
Рита: Как по-твоему?
Мак: (никакого ответа).
Рита: Мак? Эй?
«Обычно люди возводят стену как защиту от нахлынувших эмоций»
Ощущение потопа
Рите может показаться, что ее жалобы никак не подействовали на Мака. Но это не так. Обычно люди возводят стену как защиту от нахлынувших эмоций. Потоп означает, что негатив — в форме критики, неуважения или даже обороны — настолько огромен и внезапен, что потрясает до глубины души.
Вы чувствуете себя столь беззащитным против снайперской атаки, что учитесь делать все, что угодно, чтобы избежать повтора ситуации.
Чем чаще вы ощущаете себя в водовороте критики или неуважения супруга, тем большую бдительность проявляете в ожидании следующего «удара».
Вы способны думать лишь о том, чтобы защититься от бурного потока, вызванного стремительной атакой супруга. А сделать это можно, эмоционально изолировавшись от отношений. Неудивительно, что Мак и Рита сейчас разведены.
Пол был совершенно честен по поводу того, почему он возводит стену, когда его жена Эми выражает негатив. В ходе спора, приведенного ниже, он формулирует, что испытывают все, кто возводит стены.
Эми: Когда я завожусь, я жду, что ты ответишь. Но ты просто замолкаешь, говоря тем самым: «Мне больше неинтересно, мне все равно». От этого я чувствую себя ростом с дюйм. Будто мое мнение или чувства совершенно не имеют для тебя значения. А это не то, каким должен быть брак.
Пол: Мое молчание означает: «Если хочешь серьезно поговорить, сделай это без постоянных воплей и криков». Ты говоришь обидные вещи.
Эми продолжала рассказывать Полу, что чувствует, когда он замолкает. Но она не услышала, как он сказал ей, почему замолкает: он не может справиться с ее враждебностью. Позднее эта пара развелась.
Следовательно, крах брака можно предсказать по привычному жесткому началу и частому потопу, вызванному четырьмя всадниками. Хотя каждый из этих факторов сам по себе может предсказать развод, обычно в неудачном браке они сосуществуют.
«Человеческое тело не усовершенствовало реакцию на страх»
Стресс
Даже если бы я не слышал разговор между Маком, возводившим стену, и его супругой Ритой, я смог бы предсказать развод, просто оценив его состояние. Вот на что я обращаю внимание. Сердце бьется сильнее — более чем 100 ударов в минуту, порой даже порядка 165. (Для сравнения: нормальная частота сердечных сокращений для мужчины около 30 лет — 76, а для женщины того же возраста — 82.) Происходит выброс адреналина, что подстегивает реакцию «бороться или бежать». Поднимается кровяное давление. Эти изменения настолько значительны, что если один из супругов часто оказывается в потопе во время споров, легко предсказать, что они разведутся.
Повторение случаев потопа приводит к разводу по двум причинам. Во-первых, они сигнализируют о том, что, по крайней мере, один супруг испытывает сильный эмоциональный дистресс (прим. — стресс, связанный с выраженными негативными эмоциями и оказывающий вредное влияние на здоровье), когда общается с другим. Во-вторых, физическое ощущение, что находишься в потопе — повышенная частота сердечных сокращений, потливость и прочее, — делает практически невозможным эффективное обсуждение, способное разрешить проблемы.
Во время спора тело ориентируется на очень примитивную сигнальную систему, которую мы унаследовали от доисторических предков.
Все эти реакции, наподобие сердцебиения и потоотделения, происходят потому, что на базисном уровне тело воспринимает текущую ситуацию как опасную.Несмотря на то что мы живем в век искусственного оплодотворения, трансплантации органов и расшифровки генома человека, с точки зрения эволюции прошло не так много времени с того момента, когда мы были троглодитами.
Поэтому человеческое тело не усовершенствовало реакцию на страх. Оно реагирует одинаково, стоите ли вы напротив саблезубого тигра или презрительной супруги, требующей ответа, почему вы все время забываете опускать сиденье на унитазе.
Ваша способность обрабатывать информацию снижена, значит, труднее сосредоточиться на том, что говорит супруг. Творческое решение проблемы невозможно. У вас в арсенале остались только рефлекторные, наименее интеллектуально утонченные ответы: бороться (действовать критикуя, неуважительно или обороняясь) или бежать (возводить стену). Любая возможность разрешить проблему утрачена. Вероятнее всего, спор только ухудшит ситуацию.
Почему мужчины избегают «серьезных разговоров»
В 85 процентах браков стену возводит супруг. Причина — в нашем эволюционном наследии. Антропологи считают, что мы произошли от гоминидов (прим. — семейство наиболее прогрессивных приматов, включающее людей и больших человекообразных обезьян), жизнь которых была ограничена строгими гендерными ролями, поскольку это было полезно для выживания в суровых условиях. Самки растили потомство, самцы — добывали пропитание и обеспечивали безопасность.
Каждая кормящая мать скажет, что количество вырабатываемого молока зависит от того, насколько женщина спокойна, что связано с выделением гормона окситоцина. То есть естественный отбор был на стороне самки, которая может быстро прийти в себя после стресса. Способность успокоиться повышала ее детям шансы на выживание, увеличивая количество молока.
С другой стороны, среди самцов выживали те, кто быстрее реагировал на опасность и дольше оставался бдительным.
Например, если мужчина и женщина внезапно слышат очень громкий, краткий звук, похожий на взрыв, вероятно, его сердце будет биться чаще, и это состояние продлится дольше, чем у нее. То же касается и давления — у мужчины оно повысится быстрее и дольше останется таким.
«Жена, которая лучше справляется со стрессом, поднимает ощутимые проблемы. А муж пытается всячески избежать подробных обсуждений»
Когда с мужчинами целенаправленно обращаются грубо, а потом просят расслабиться за 20 минут, их кровяное давление подскакивает и остается повышенным до тех пор, пока они не отреагируют на агрессию. Однако, когда с тем же обращением сталкиваются женщины, они в состоянии успокоиться в течение этих 20 минут. (Интересно отметить, что у женщины давление снова подскочит, если она вынуждена ответить на агрессию!)
Поскольку противостояние в браке оказывает более сильное физическое воздействие на мужчину, неудивительно, что они сильнее пытаются избежать его, чем женщины.
Гендерное различие, состоящее в физиологической активности тел, также влияет на то, о чем мужчины и женщины склонны думать, когда испытывают стресс в браке. В рамках нескольких экспериментов мы просим пары просмотреть запись их споров, а потом пересказать свои мысли в тот момент, когда датчики регистрировали потоп.
Судя по ответам, у женщин включается режим самоуспокоения и они еще во время спора начинают готовиться к примирению. В это время мужчины чаще всего предаются негативным мыслям и негодованию: «Я расквитаюсь», «Я не должен мириться с этим», — что ведет к проявлению неуважения или агрессии. Или же они думают о себе как о невинной жертве: «Почему она всегда винит меня?» — что приводит к обороне.
Конечно, среди мужчин и женщин есть исключения, однако большинство браков (включая счастливые) следуют определенной модели конфликта.
Жена, которая лучше справляется со стрессом, поднимает ощутимые проблемы. А муж пытается всячески избежать подробных обсуждений. Он начинает обороняться и возводить стену или проявлять агрессию и неуважение.
Даже если ваш брак соответствует этой модели, не факт, что в обозримом будущем состоится развод.
Вы найдете примеры четырех всадников апокалипсиса и даже периодических потопов и в стабильных семьях. Однако когда четыре всадника присутствуют постоянно или кто-то из супругов постоянно чувствует потоп, отношениям угрожает серьезная опасность.
Частое ощущение потопа почти неизбежно приводит к тому, что вы дистанцируетесь от своей половины. В свою очередь, это создает ощущение беспомощности. Супруги в итоге разведутся или будут состоять в мертвом браке, живя в одном доме отдельными, параллельными жизнями. Они могут делать что-то вместе — бывать на спортивных соревнованиях детей, приглашать гостей на обеды, ездить в отпуск всей семьей. Однако эмоционально они больше не ощущают связи друг с другом. Они сдались.
